Новости Донецка и области

16 июля 2014 года

ИС: между тайной войной и открытым вторжением

украинские военнослужащие

Российское вторжение.

Стоит разграничивать понятие нынешней скрытой войны России против Украины и возможность полномасштабного вооруженного конфликта между двумя странами (открытое вторжение России в Украину).

Официальные представители украинской власти подтверждают ранее распространенную нами, группой «ИС», информацию о том, что на стороне террористов в Донбассе вновь появились кадровые российские военнослужащие (как это было весной этого года). Вместе с активной переброской боевикам с территории России вооружения и военной техники, это означает, что мы имеем дело со скрытым российским военным вторжением - как это было в Крыму в феврале-марте с.г.

Одновременно, по нашим данным, в российской Ростовской области на границе с Украиной продолжает увеличиваться численность российских войск. Как мы сообщали вчера, с сегодняшнего дня (15 июля) командиры групп спецназа ГРУ ГШ ВС РФ, находящихся в приграничных районах России, находятся в готовности к заброске их групп в Украину.

Теоретически в данной ситуации спецназ ГРУ может использоваться в одном из двух вариантов:

• для обеспечения действий российских войск при открытом вторжении России - проведение разведки и диверсий в интересах наступающих частей и подразделений.
• для усиления террористической деятельности боевиков в Донбассе путем проведения диверсий.

Как мы сообщали, на данный момент мы не видим оперативно-тактических группировок, силами которых Россия могла бы начать полномасштабное открытое вторжение в Украину в течении ближайших нескольких суток. Это означает, что спецназ, скорее всего, будет использоваться в формате продолжающейся «тайной войны». Как это уже было в марте-апреле с.г. в Донбассе.

В то же время, возможности открытого военного вторжения исключить нельзя. Для понимания его вероятности необходим постоянный мониторинг сил и средств, которые Россия скапливает в приграничных с Украиной районах.

Изменение формата войны.

СНБО заявляет, что с территории России производятся обстрелы украинских силовиков. Так, по официальным данным, за прошедшие сутки с территории РФ были совершены обстрелы пограничных нарядов на участке Луганского погранотряда. Подобные факты в последнее время не единичны.

Подобные происшествия свидетельствуют о том, что Россия, помимо скрытой войны в Донбассе, производит вооруженную агрессию против Украины уже и со своей территории.

Тщательного расследования требует и сегодняшний авиаудар по г. Снежное. Поскольку украинские силовики со второй половины 14 июля и на данный момент авиацию не применяли, а террористы не имеют авиасредств, то нанести подобный удар могла только российская авиация.

Все подобные факты требуют тщательного документирования с последующей передачей в ООН и другие международные организации. Цель - доказать международному сообществу, что события в Донбассе не являются внутренним конфликтом. Это - война России против Украины. К сожалению, на международной арене сегодня для многих это не очевидно.

Военное положение.

Мы, группа «ИС», с самого начала АТО поддерживали идею введения военного положения в Луганской и Донецкой областях. Главный аргумент состоит в том, что ограничение полномочий местной власти и передача этих полномочий военным комендантам позволит избежать тесного сотрудничества и пособничества этих самых местных властей террористам. Что мы, к глубокому сожалению, наблюдали в Донбассе повсеместно.

Вчера мы пообщались с представителями Генпрокуратуры, отстаивающей крайнюю нежелательность введения военного положения. Главный аргумент против ВП - отсутствие оснований. Ведь Украина официально ни с кем не воюет, с какой радости вводить военное положение? Стоит согласиться, звучит логично.

Есть и «организационные» проблемы, возникающие с введением военного положения, которые вызваны несовершенством законодательства. В частности, не понятно, каким образом представители Минобороны смогут организовывать жизнедеятельность населенных пунктов и районов - от решения коммунальным проблем до распределения местных бюджетов. Ни опыта, ни специалистов у военных нет.

Возможно, должны существовать какие-то схемы взаимодействия и разграничения полномочий военных комендантов и местных властей под их «присмотром». Но это уже вопросы к законодателям, которые должны четко прописать такие моменты в нормативно-правовых документах на будущее.

По информация неправительственного проекта «Информационное Сопротивление»