Новости Донецка и области

3 января 2015 года

Возрастающие трудности в восточной Украине перерастают в катастрофу

 

Amnesty International

Сейчас добраться до Луганска становится все труднее. Надо или пересекать активную линию фронта, рискуя получить пулю, направляясь с севера, или делать восьмичасовой крюк через самопровозглашенную «Донецке Народную Республику», которая находится под контролем пророссийских сепаратистов. Я решил сделать выбор в пользу последнего, и после решения вопросов по аккредитации в Донецке, мы с моими спутниками отправляемся в путь.

Дорога через шахтерский Донбасс - это всегда особое путешествие. Пейзажи серые, над пологими полями горизонт кое-где вырисовывается из шлаков прилегающих шахт. Зима, уже поселилась здесь, усиливает мрачность картины своей минусовой температурой и инеем на отдельных домах, которые мы проезжаем. Но через некоторое время я заметил кое-что еще более удручающе - почти полное отсутствие людей на улицах.

Регион уже шесть месяцев страдает от боевых действий между силами, подконтрольными Киеву и пророссийскими сепаратистами. Согласно последним докладам ООН погибли по меньшей мере 4,707 человек, но хуже может быть еще впереди, когда регион попадет в абсолютную экономическую блокаду. Ситуация значительно ухудшилась, когда в прошлом месяце Киев решил отрезать регион от финансовой системы Украины, фактически остановив всю банковскую деятельность и выплату зарплат, пенсий и социальных пособий. Более того, во время конфликта было разрушено все жизненно необходимую медицинскую и энергетическую инфраструктуру, а все социальные службы просто исчезли после вывода украинского правительства с Донецкого и Луганского регионов.

Де-факто власти Луганска разместилась в бывшем здании государственной администрации, теперь помпезно называется Домом правительства. Там меня поспешили заверить, что у них все под контролем. Гуманитарная помощь распространяется через широкую сеть волонтеров, было открыто 38 полевых кухонь в части Луганского региона, которая находится под контролем сепаратистов. И они уверяют, что никто не остался без внимания, спеша добавить, что более 60% населения полностью зависят от гуманитарной помощи для обеспечения своих базовых ежедневных потребностей.

Я решил воочию убедиться в правдивости таких заявлений.

Луганская школа-интернат для детей-инвалидов, спряталась в двухэтажном здании в Восточном районе города, пережила несколько боев летом. Около ста детей с ограниченными умственными возможностями, церебральным параличом и другими болезнями проживают в этой школе, где также можно увидеть выставку их художественных работ.

«Слава Богу, мы всегда были в состоянии подать детям три горячие блюда в день, даже во время самых ожесточенных боев», - рассказывает старший сотрудник, прося сохранить анонимность. «Но хотелось бы увидеть некоторые улучшения. У нас только изредка бывает рыба и уже несколько месяцев мы не получали продуктов, содержащих кальций», - добавляет она.

В здании школы также находится один из центров распространения гуманитарной помощи, которые были открыты в Луганске после прибытия российского гуманитарного конвоя в конце августа. Правда, сейчас выдавать почти ничего, потому что с сентября еды не было получено вообще. Местные представители власти объясняют это тем, что последние конвои из России завозили только строительные материалы. Но волонтеры не сидят сложа руки.

«У нас есть около 870 адресов людей, которые не могут выйти из дома самостоятельно. Поэтому мы посещаем их, помогаем получить их пенсии, даем понять, что они не одиноки», - объясняет Инна Угольникова, пятидесятилетняя волонтер с сияющей улыбкой и темно-красной губной помадой.

Многие работники социальных служб по указанию Киева выехали из региона летом, когда начались бои, оставляя наиболее уязвимых людей на произвол судьбы. «У нас не было электричества около двух месяцев, пожилые люди и инвалиды просто оставались в своих домах совершенно один. Когда мы после этого пришли к ним впервые, они плакали», - добавляет Инна Угольникова.

По дороге из Луганска мое внимание привлек рынок вдоль бульвара Буденного. Он оказался очень большим для города в осаде. Десятки людей выстроились в линию в грязном и талой снега, предлагая свои вещи на клочках бумаги или пластика. Прохожие смотрели на выставленные витрины: часы, одежду, маринованные овощи, старые аудио- и видеокассеты. Вдруг я осознал, что это просто блошиный рынок, на который местные жители принесли все, что нашли в своих домах на продажу в надежде заработать хоть какие-то деньги. Но мы продолжаем свой путь до ближайшей деревни.

Новосветловка находится всего лишь в двадцати минутах пути на машине от Луганска, но она больше похожа на другую планету. Лунные пейзажи усеяны кратерами, обгоревшие танки можно увидеть почти на каждой улице, и лишь несколько домов уцелели после обстрелов. Церковь на въезде в село также пострадала. В маленьком дворике двое мужчин заняты сваркой чего-то похожего на опорную раму для церковного купола.

Рядом с ними - шестидесятилетняя Ирина Чернякова, одетая в толстое черное пальто, чтобы защититься от морозного ветра. «Я сейчас упорядочиваю здесь одежду, жертвуют люди из села для тех, кто остался без крыши над головой. Мне сейчас больше нечем заняться», - рассказывает она.

Далее по дороге, в выжженного каркаса бывшего Дома культуры Новосветловки две женщины рассказали нам, что они не получали свою пенсию последние пять месяцев. «Никто нам ни о чем не сообщал, никто не пытался с нами связаться», - говорят они. «Мы голодаем», - с отчаянием в глазах добавила одна из женщин.

Сумерки зимой наступают раньше, и после четырех вечера нужно было отправляться назад. На обратном пути я мог думать только о том, насколько сильно различаются условия в Луганске и Новосветловке. И пока я не нашел ни одного подтверждения фактов голодных смертей, все указывает на то, что часть восточной Украины скатывается к гуманитарной катастрофе.

По информации Сайта Amnesty International. www.amnesty.org.ua