Новости Донецка и области

10 ноября 2015 года

Темные и светлые страницы жизни Геннадия Корбана

Геннадий Корбан

Геннадий Корбан - бизнесмен с мрачной репутацией. Он может как попасть в историю, так и влипнуть в нее. В его жизни нашлось место и тому и другому, - пишет Александр Пасховер в nv.ua.

Геннадий Корбан способен на отчаянные поступки с неясным результатом

По поводу причин задержания Геннадия Корбана, лидера политического объединения УКРОП, в обществе преобладают три различные точки зрения. Две из них ошибочные. Днепропетровский политик-бизнесмен взят под стражу из-за: а) своей нынешней преступной деятельности; б) как оппонент президента Украины Петра Порошенко, а это уже признак политических репрессий; в) арестован справедливо, но поздно/рано (нужное подчеркнуть), начинать надо было не с него.

Итак, 31 октября Генпрокуратора (ГПУ) выдвинула против Корбана чудовищные обвинения: присвоение и растрата имущества благотворительного фонда, им же и созданного для помощи бойцам АТО, но не только им наполняемого; организация преступной группировки, которой, кроме всего прочего, инкриминируют похищение людей и множество других грехов.

Ежедневно в процесс проникают новые подробности из прошлого и настоящего героя сегодняшних украинских новостей. Оппоненты демонизируют Корбана, соратники - канонизируют. Первые указывают на его роль в защите Днепропетровщины от сепаратизма и российской агрессии, вторые припоминают Корбану его сомнительные доблести с репутацией рейдера № 1.

Еще больше украинцев говорят, что не знают, кем на самом деле является Геннадий Корбан и каким путем он явился в публичную жизнь Украины. Сергей Тарута, совладелец финансово-промышленной группы Индустриальный союз Донбасса, вспоминает свое первое знакомство с Корбаном в 1995-м. Тогда 25-летний Корбан, собственник компании Славутич-Капитал, был довольно активным скупщиком акций промышленных предприятий. “У него была хорошая команда, одна из самых продвинутых в Днепропетровске,- рассказывает Тарута.- Их услугами пользовались и ЕЭСУ (Юлии Тимошенко), и Приват (Игоря Коломойского)”.

Услуги - это вежливо сказано. Владимир Фесенко, директор Центра политических исследований Пента, род деятельности, на которой Корбан заработал хороший капитал и плохую репутацию, называет бандитизмом и рейдерством.

Сам же Корбан в интервью НВ свой род занятий обозначил максимально корректно, хоть в трудовую книжку заноси: “Я занимался перераспределением богатств со стороны одних в пользу других”. В последние два года ему пришлось переквалифицироваться в защитника отечества, когда восток Украины захлестнула война.

“Напомню, что штурмы областной и городской администраций под триколорами у нас тоже были,- говорит днепропетровчанин Никита Потураев, глава экспертного совета УКРОП.- Так что короткий ответ на вопрос “Что он сделал?” звучит так: “Все”.

Из 1990-х

Поезжайте в Днепропетровск и спросите, чем занимался Корбан до революции. “До революции достоинства - переспрашивает и тут же отвечает днепропетровский адвокат и волонтер Юлия Сегеда: - Отбором чужого. Ничего хорошего сказать о нем я не могу. Извините”.

Это относительно упрощенный взгляд на Корбана. Человек он широкий, бизнесмен - успешный, а то, что репутацией не вышел, это его никогда не волновало. “У меня достаточно крепкие нервы,- объяснял он в апрельском интервью НВ.- Меня это не оскорбляет, не унижает, но и не делает мне особой чести. У меня нет болезненных переживаний по этому поводу. Совесть меня не мучает”.

Все хорошее, что нужно знать о Корбане, сам же Корбан о себе и написал в предвыборной биографической справке. Родился в Днепропетровске. Жил в тесной двухкомнатной квартире. После срочной службы в советской армии уехал на заработки в Москву. Поступил там в Литературный институт им. Дружбы народов на отделение драматургии, но учиться не пошел.

Устроился на Российскую товарно-сырьевую биржу, где на практике изучал настоящую, а не сценическую драматургию жизни. Торговал сигаретами, пивом и прочими товарами первой необходимости кризисных времен.

В 1992 году в Украине стартовала так называемая ваучерная приватизация. То есть простые граждане получали неимущественные сертификаты как право на часть собственности в предприятии. Тогда же с $200 тыс. в кармане Корбан вернулся в Днепропетровск. Здесь основал брокерскую компанию Украина, а еще два года спустя стал председателем наблюдательного совета инвесткомпании Славутич-Капитал, через которую начал скупать у беднеющего населения ценные бумаги. Так он консолидировал пакеты предприятий для себя и под продажу на вторичном рынке.

Параллельно Корбан учился в Горном институте по специальности Финансы и кредит. Вот приблизительно тогда, в 1995 году, Тарута и повстречал на своем пути великого днепропетровского комбинатора. “В нем была предпринимательская жилка,- говорит Тарута.- Иногда это лучше, чем любые университеты”.

Обо всем, что происходило с Корбаном дальше, даже известные правозащитники, юристы, высокопоставленные бывшие сотрудники Нацкомиссии по ценным бумагам и фондовому рынку (НКЦБФР) говорят с НВ только на условиях анонимности.

Вот как один из них объяснил свою просьбу открыто не цитировать его. “Если бы это была действительно программа по борьбе с рейдерскими группами и ликвидации их как класса, тогда я был бы в первых рядах. А так эта статья пойдет в пул материалов как обоснование, почему Гена - злодей-крокодил, а не бабочка”.

На Генном уровне

Деньги любят тишину, а Корбан любит деньги. На этом они и сошлись. Уже упомянутый выше источник из НКЦБФР рассказывает НВ, что специалистов по корпоративным конфликтам, хозяйственным спорам, банкротствам и т. д. уровня Корбана в стране не более 10-12. “Люди, которые лично знают Корбана, говорят о нем если не как о гениальном юристе, то как о человеке, который ловко использует законодательные дыры для реализации корпоративных интересов”,- рассказывает эксперт. Затем добавляет, что в 1990-х достаточно было обладать всего одной акцией, чтобы “закошмарить” любое предприятие - акционер имел большие права, в частности доступ к коммерческой информации.

Чтобы войти в чужой капитал, можно было избрать один из двух путей: принять участие в конкурсе, организованном Фондом госимущества по предварительно прописанным условиям под одного участника, или напрямую скупать акции у мелких собственников.

Оба пути тернисты. В первом случае нужна близость к власти. Ее у Корбана не было. Поэтому он выбрал второй, и Корбан создал компанию Славутич-регистратор. Здесь он предоставлял услугу по сбережению реестра акционеров всевозможных компаний. Это огромная фора. Во-первых, регистратор обладал нужной информацией, во-вторых, без него никто не мог перерегистрировать права собственности. Накануне большой приватизации это была неслыханная фора.

Корбан стал одним из самых востребованных посредников операций по скупке акций в самом промышленном крае страны - Днепропетровской области. Тарута вспоминает, что в те годы впервые схлестнулся с финансово-промышленной группой Приват в борьбе за Днепропетровский трубный завод, затем за Днепродзержинский комбинат Петровского. “С Приватом было много конфликтов,- рассказывает Тарута,- и Гена (Корбан) уже тогда выполнял не самую лучшую роль. Для меня негативную. Это был его выбор. Видимо, там больше платили”.

В конце 1990-х Корбан сделал окончательный выбор в пользу Привата, прикрутив к этой поднимающейся мощной ФПГ свои мозги и специфические умения. ПриватБанк уже тогда был самым крупным регистратором в Украине. Он вел наибольшее количество реестров всех украинских компаний. Игра началась.

Ее правила адвокат, пожелавший остаться неназванным, описал НВ полупрофессиональным сленгом. “Когда надо было обеспечить отъем и поглощение, первичную грязную работу делал Корбан, “рыхлил” объект. А потом на вторичном рынке объект покупался “отмытый” и присоединялся к активам Привата”.

В переводе с русского на русский “рыхлить” означает через микроскопического миноритарного акционера засыпать определенные суды исками на нарушение каких-либо своих прав или силовым методом провести смену руководства предприятия.

Относительно свежая история захвата компании Пятихатский элеватор. Краткое содержание этого боевика в пересказе гендиректора днепропетровской юркомпании Exante Юлии Сегеды: сначала произошел захват имущества. Затем подконтрольный Привату регистратор перевел 88,2% акций Пятихатского элеватора на структуры Привата, которые впоследствии были проданы компании Гриф Корпорейшн ЛЛП (Великобритания), официальным доверенным лицом которого является Корбан.

-Чем закончилась история? - спрашивает НВ у Сегеды.

-Хозяйка (элеватора) заболела. Веру в справедливость утратила. Сказала, что устала бороться.

Типичная история. На сайте Антирейдерского союза подобных историй имени Корбана - десятки. Как, например, история про захват Кременчугского НПЗ в 2007-м, в котором группа Приват и бизнес-структуры харьковского миллионера Александра Ярославского владели чуть более 1% акций. 50% было у россиян, 43% - у Нафтогаза. В конце сюжета у Коломойского и Ярославского уже был пакет в 50?%. Процессом отбора акций у россиян руководил Корбан. Судя по результату, руководил блестяще. Затем партнеры из Татарстана по той же схеме лишились 36,6% акций Укртатнафты. Все, чего добились собственники Татнефти,- это решения Международного коммерческого арбитража, который обязал в 2014 году компанию выплатить $100 млн компенсации за нарушение их прав в Украине. Но выплачивать эти средства должен не Приват, а государство.

Под горячую руку Корбана попадали и местные крупные игроки. Например, Виктор Пинчук,который в тяжелых боях с Корбаном потерял в 2006-м контроль над Никопольским ферросплавным заводом в пользу Привата.

В репертуаре Корбана есть и совсем экзотические истории с кровавым исходом. Речь о контроле над одним из самых крупных рынков страны - Озеркой (Днепропетровск). Соперником Корбана был российский бизнесмен Максим Курочкин, известный в Украине под, как теперь сказали бы, позывным Макс Бешеный. Он в 2004 году без всякой конкуренции приватизировал центральный рынок Днепропетровска. Привату это не понравилось.

И в 2005-м через судебные тяжбы Коломойский взял контроль над денежными потоками рынка под свое крыло, доказав в судах, что в ходе приватизации Курочкин нарушил украинское законодательство. Курочкин был объявлен в розыск. Так началась корпоративная война. С трагическим исходом. В 2006-м в Днепропетровске автомобиль охраны Корбана был обстрелян неизвестными.

Самого Корбана в машине не было. Спустя несколько месяцев кровавый маятник конфликта качнулся в противоположную сторону. Четверо подручных Курочкина были расстреляны: один - при выходе из днепропетровского ночного клуба, другие - на загородной трассе под Киевом. Сам Макс Бешеный был вскоре убит снайпером во внутреннем дворике Святошинского райсуда Киева. Никто и никогда не смог доказать причастность Корбана или приватовцев к той расправе. Но даже без этого далеко не единственного детектива репутации Корбана был нанесен смертельный урон.

“К сожалению, в философии всей группы Приват и ее окружения сплошной цинизм,- делает вывод Тарута.- Они считали, что любые средства для достижения победы хороши. А он (Корбан) уже был частью этой истории Привата”.

Alager com alager

На своей странице в Фейсбуке глава Антирейдерского союза Украины Андрей Семидидько написал следующий пост: “По Корбану могу сказать много. Я уже девять лет как директор Антирейдерского союза, и материалов в архиве по его деятельности накопилось много. Со схемами и заявлениями от потерпевших. Но! Это (арест Корбана) не пресечение противоправной деятельности Корбана, это политическое преследование. Обыски происходят не в коммерческих, а в партийных офисах УКРОП”.

Несмотря на подмоченную репутацию днепропетровского бизнесмена, все его соратники и даже оппоненты возмутились фактом его задержания.

Корбан способен на отчаянные поступки с неясным результатом, о чем свидетельствует его новейшая история. Во время самых горячих событий на Майдане в январе 2014-го, когда еще не было ясно, кто кого, он и его бизнес-партнер Борис Филатов совершили гражданский поступок, на который тогда могли решиться немногие. В принадлежащем предпринимателям торговом центре Пассаж вместо рекламных блоков они запустили на больших экранах прямую трансляцию Пятого канала, где беспрерывно показывали события с киевского Майдана и улицы Грушевского.

Для информационной изоляции, в которой пребывала тогда страна, это был выстрел в ночи. Корбана стали вызывать на допросы, которые могли закончиться чем угодно.

Пришлось бежать за границу, в Израиль. Так, сам того не ведая, Корбан влип в большую украинскую политику.

20 февраля, когда режим Виктора Януковича пал, днепропетровский бизнесмен обратился к украинским коллегам-миллиардерам взять на себя ответственность за спасение Украины. В марте он и его вечные партнеры Коломойский и Филатов возглавили область и сделали все, что на тот момент было возможно, дабы не впустить в нее разрушительный русский мир - тот самый, что уже поглощал соседнюю Донецкую и Луганскую области.

Потураев рассказывает НВ, что в период работы Коломойского на должности главы Днепропетровской обладминистрации Корбан взял на себя всю оперативную работу. Закупал оружие, бронетехнику, беспилотники, тепловизоры, бинокли, прицелы, снабжал госпиталь, совместно с волонтерами строил оборонительные линии вдоль границы области. “Они открыли двери администрации для волонтеров и добровольцев,- говорит Потураев.- Гена отдал им свое здание. Такой степени вовлечения гражданских активистов в работу я не видел нигде, кроме Майдана”.

Так вышло, что злой гений рейдера Корбана пришелся Украине временно ко двору. Когда соседнее государство решило провести крупную рейдерскую атаку, Корбан уже знал, что следует делать в подобных случаях. “Есть люди войны,- резюмирует Фесенко.- Для них война - это среда их существования и самореализации. Бандитизм - это то, чем он (Корбан) занимался всю жизнь. Но вот этим стало возможно заниматься во имя высоких целей”. Теперь Корбан сел на скамью подсудимых. Хотя, по мнению Фесенко и не только его, есть куда более достойные претенденты в нынешней и прежней власти, которые должны сесть - если не вместо, то хотя бы вместе с Корбаном.