Новости Донецка и области5 мая 2016 годаЧетыре главных «Что делать» и «Что не делать»
Украина В последнее время европейские идеалы кажутся более действенными за пределами Союза, нежели в самом ЕС. Это хорошо видно на примере разрываемой войной и осажденной кризисом Украине - будь то в непрестанной работе активистов, или в недавних протестах под лозунгом вимагаємо незалежного прокурора (требуем независимого прокурора), или же в работе волонтеров, помогающих перемещенным лицам из-за конфликта на востоке страны. На низовых уровнях новый украинский проект «в процессе создания» выглядит вполне европейским и способным к преобразованию. По крайней мере, в сравнении с интроспективным ЕС, скованным страхом (и торгующими страхом популистами, глаза которых вылезают из орбит), и закрывающим свои двери для беженцев и европейцев, живущих за пределами ЕС. Другая Украина - та, что переполнена дешевым популизмом, атакует ЛГБТ сообщество, управляется политтехнологами и нечестными политиками, связанными с Панамой - тоже выглядит как ЕС и большая часть сегодняшнего Запада. Сегодня под угрозой находится постмайданный проект полноценно функционирующего демократического государства, основанного на верховенстве права и равных возможностях для всех, а не только для олигархов и политиков высшего звена. Этому проекту угрожает не только путинская Россия или мобилизованное меньшинство еврофобов, но и Старая Украина, которая сопротивляется реформам и вполне в духе Януковича презирает систему сдержек и противовесов. Вдобавок к нездоровым тенденциям в самом ЕС и ослабевающей поддержке его членами режима санкций против России - при росте недовольства происходящим на Украине - сопротивление «старой гвардии» может оттолкнуть союзников и привести к власти популистов. А это спровоцирует новый виток нестабильности. Сопротивление системы Продолжающийся и сегодня политический кризис, начавшийся после ухода в отставку министра экономики Абромавичуса, пролил свет на закулисную борьбу реформистов и «старой гвардии» в рядах правительства. Дело Шокина - хорошая иллюстрация этого противостояния, которая четко показала принадлежность Порошенко и его круга к «старой гвардии». Они не желают реализовывать сколько-нибудь значащие реформы, их цель - сохранить влияние во всех институтах власти (от Генеральной прокураторы до поста премьер-министра). Генеральный прокурор Виктор Шокин уже стал символом старой власти и худших политиков Украины. Он пытался помешать работе нового антикоррупционного бюро, одного из немногих достижений постмайданного правительства. Прошлым летом, во время коррупционного скандала с участием представителей прокуратуры, Шокин недвусмысленно оказывал давление на прокуроров, участвовавших в расследовании. Апогеем этой история стала кампания Шокина против «Центра противодействия коррупции» - ведущей антикоррупционной некоммерческой организации. Этот шаг вызвал шквал протестов и осуждений со стороны ЕС и западных посольств на Украине. В итоге скандал привел к отставке генпрокурора 30 марта 2016 года. Последовательная поддержка Шокина, осуществляемая Петром Порошенко, привела к гневу реформистов, гражданского общества и западных партнеров, и серьезно ударила по репутации украинского президента. Комбинация бюрократического сопротивления и политических технологий по противостоянию реформам - эта уже общая тенденция. Такое противодействие лишь подтверждает, что «старая гвардия» борется за свое выживание, оказавшееся под угрозой благодаря реформам (хоть даже и ограниченным) органов юстиции, полиции и спецслужб. Сопротивление реформаторов, общественное недовольство и популизм Старая система вынослива. И это социальный вызов. Система прогнила: она распространяется на все уровни управления в условиях существования таких структурных барьеров для открытости, как низкие заработные платы государственным служащим и продолжающаяся политическая непредсказуемость. Тем не менее реформистские круги продолжают активно противостоять злоупотреблениям власти, оказывая давление со стороны гражданского общества и собирая протесты - в том числе и под эгидой Майдана (как в случае с протестом против Шокина 28 марта). Реформистской партии на Украине до сих пор нет. Как и в случаях с «переходными периодами» в других странах, во всех партиях в Раде и во всех украинских регионах сосуществуют старые и новые силы; конформисты и реформисты; те, кто связан с олигархами и те, кто ориентирован на гражданское общество. Настоящие реформаторы - это меньшинство представителей власти, хотя с 2014 года они появились во всех властных институтах и пытаются менять систему изнутри. Но становится очевидно, что этого недостаточно. Необходимы интенсификация общественного давления и меры «уличной» политики, чтобы предотвратить превращение Евромайдана в еще одну провалившуюся Оранжевую революцию. Повсеместными сегодня стали общественное недовольство и антивластные настроения, которые прибавились ко всем лишениям, связанным с экономическим кризисом и войной. Такая напряженность играет только на руку политикам-популистам, таким как Юлия Тимошенко. Некоторые направляют свое недовольство в злополучные дебаты об идентичности и национализме. Глупые «законы о памяти» 2015 года, касающиеся УПА, - лишь один из примеров. Воздвижение памятников Степану Бандере, проходящее без должного и нужного примирения со своей историей - играет против Майдана и его миссии по трансформации и расширению прав и возможностей украинцев. Подобная политика вызывает отторжение в Польше и может лишить Украину важнейших союзников в ЕС, что только играет на руку кремлевской пропаганде. Внутри страны все больше слышны голоса за досрочные выборы, исходящие и от нетерпеливых реформаторов, и от рвущихся к власти популистов. Антикоррупционная программа находит огромную общественную поддержку, но существуют большие риски, что новые выборы приведут к еще более фрагментированной Раде, в которой окажется еще больше старых и новых популистов. Такой расклад в итоге убьет всю реформистскую повестку. Новые небольшие демократические партии, такие как «ДемАльянс» и «Сила Людей», ориентированные на реформы и получившие поддержку множества активистов, на последних выборах прошли в ряд законодательных собраний, в том числе и на востоке страны. Но если речь идет о всеукраинских выборах, то такие силы находятся в невыгодном положении - по крайней мере, до тех пор, пока не осуществится реформа избирательного права, предлагаемая некоторыми из новых политических сил. Остерегайтесь ловушек Старой Украины Для Запада (а в особенности для Европы), стремящегося поддержать фундаментальный процесс трансформации Украины, существует ряд ловушек. И хотя заманчивой может выглядеть идея договориться со старым политических классом, нужно понимать, что пока «старая гвардия» находится у власти, нет никакой реалистичной возможности осуществить глубокие реформы. Важно отметить, что обоснованная цель поддержать Украину в отношении действий России, изначально заставила Запад сквозь пальцы смотреть на очевидные недостатки украинской правящей элиты. «Старая гвардия» Украины использует «геополитический шантаж» и возросший на фоне войны патриотизм для того, чтобы заглушить голос критиков как у себя в стране, так и за ее пределами. Но игнорирование недостатков реформ на Украине - это лучшая помощь со стороны Запада, которую только может получить Россия. Донбасс по большому счету не важен России, но она не оставит желание контролировать и влиять на Украину в целом. Коррумпированные представители власти, мутные структуры работы бизнеса и олигархическая политика - отправная точка для Москвы. Противостоять же этому влиянию помогут жесткие реформы, а значит и давление против попыток Старой Украины помешать их осуществлению. Более того, правда состоит в том, что некоторые украинские лидеры и ворье быстро тратят свои деньги за границей и даже решаются на сомнительные методы по замалчиванию критики в свой адрес - а это мало чем отличается от действий Кремля в России. Готовность идти на уступки коррупции и вороватым политикам сведет на нет легитимность действий ЕС по поддержке Украины в глазах украинского населения. Это только поможет России дискредитировать политику ЕС по поддержке реформ на постсоветском пространстве. Для этого кремлевская пропаганда использует пример хаоса в Молдавии и низкое качество управления со стороны молдавских «проевропейских» сил. Следовательно, Запад не должен попасть в ловушку восприятия Украины через «геополитические линзы». Как и в случае с Молдавией, далеко не все, кто заявляет о себе как о «проевропейской силе», на деле выступает за реформы. В действительности некоторые из новых демократических сил проявили удручающе избирательный подход к вопросу прав человека и равенству, что продемонстрировала официальная реакция на атаки против ЛГБТ во Львове. Четыре главных «Что делать» и «Что не делать» для Европы
Старая власть Украины отвергает реформы с особой жестокостью. Следовательно, европейцы в тесном сотрудничестве с США должны оказать совместное давление на спойлеров во власти (и в частности в правительстве) - даже если это потребует сложного балансирования с «партнерами». Европейская Делегация заработала себе хорошую репутацию своей работой по вопросам ключевых реформ законодательства (например, закон об электронном декларировании имущества официальными лицами) и построила ценные партнерские отношения с представителями гражданского общества для достижения желаемых изменений (например, законы по либерализации виз). И это несмотря на постоянный саботаж со стороны противников реформ. Брюссель и страны-члены ЕС должны выразить большую поддержку заявлениям представителей ЕС в Киеве, доказывая, что ЕС невозможно разделить по вопросу реформ. Группы государств-единомышленников ЕС также могут играть более значительную роль, посылая дополнительные сигналы Киеву и реагируя на невыполнение программы реформ демаршами. Усиленное давление также должно исходить и от верхних эшелонов власти ЕС и ключевых стран Союза. Не должно быть такого, что вице-президент США Джо Байден чаще и значительно результативнее говорит об Украине (европейской стране, стоящей высоко в повестке дня ЕС), чем европейские политики высшего ранга. Публичная огласка механизмов по борьбе со спойлерами придаст необходимое значение ответственности украинских элит перед своим народом. Координируя свои действия с МВФ и США, европейцам следует всерьез задуматься над одним из следующих вариантов:
Сегодня приоритетом должна стать дорожная карта реформ, сфокусированная на коррупции (особенное внимание должно быть уделено преследованию официальных лиц высшего уровня за коррупцию, а также расследованию убийств в Киеве и Одессе 2014 года), судействе и государственной службе. Мониторинг выполнения реформ должен распространиться на локальный и региональный уровни, где европейское присутствие сегодня незначительно. Для этого европейцам следует больше инвестировать в региональные динамичные горизонтальные структуры с участием местных активистов, новых политических сил и антикоррупционных деятелей. Европейцы должны углубить свое партнерство с такими институтами, как Совет Европы и ОБСЕ, которые уже имеют достаточный экспертный опыт в таких вопросах, как коррупция.
Худшее, что Европа может сейчас сделать для своих коллективных интересов - это разменять свои собственные «красные линии» по вопросу санкций против Кремля - в особенности, когда по реализации Минска нет никакого ощутимого прогресса. Сбивающие с толку сигналы, исходящие от некоторых стран Союза, таких как Италия или Венгрия, снижают возможности ЕС по давлению на Россию, ослабляют позиции реформаторов на Украине и укрепляют позиции противников ЕС. Позиция ЕС сильна только тогда, когда надежна, когда ЕС следует своим же ранее принятым решениям.
Европейская политика по Украине слишком сильно привязана к Минскому процессу - соглашению, направленному на прекращение насилия, а никак не на создание дорожной карты для достижения мира или демократизации. Европейцы переоценивают значение Минска. Россия снизила военную активность летом 2015 года потому, что украинская армия стала настолько эффективна, что России оставалось либо повышать градус напряженности вплоть до открытой войны (чего она не хотела), либо снижать напряженность до «липовой» войны. Сейчас это соглашение позволяет России требовать право голоса во внутренней политике Украины - через своих посредников на Донбассе. Нужно помнить, что именно реформы - это то, чего требует большая часть свободной Украины (те 93%, что не оккупированы Россией), и именно они в конечном итоге решат судьбу страны.
Успех трансформации Украины - каким бы сложным они ни был - принципиально важен для Европы. Он дает 45 миллионам европейцев шанс (хоть и сопряженный с вызовами) на лучшую и более достойную жизнь, страну в их собственных руках, а не в руках олигархов или иностранных царей. Во времена экзистенционального кризиса самого понятия «Свободная Европа», проект «Новой Украины» может помочь возродить идею процветания, равенства и мира, которая ранее была стержнем Европейского проекта. И это далеко не только идеализм. Хладнокровный реализм также говорит в пользу поддержки «Новой Украины», т.к. это необходимо, чтобы ответить на вызов путинской России, которая стремится возродить Ялту и реконструировать безрассудства 20 века - национализм, милитаризм и экспансионизм в Европе … Густав Грессель, Франсиско де Борха Лашерас, |
