Новости Донецка и области

25 августа 2016 года

Иловайск через призму времени. Часть 3. Выход из окружения. Выводы.

Иловайск через призму времени

Когда встал вопрос о окружения в районе Иловайская нашего группировки - его значительно усилили за счет частей и подразделений, которые отходили, группировались в районе Иловайская. Там было всего около 1200-1400 человек. Эта цифра приблизительная, так как, к сожалению, мы не можем четко оценить количественный состав добровольческих батальонов - специализированных батальонов МВД, НГУ. И каждый день эти цифры менялись. Конкретно, сколько их было, невозможно даже сейчас установить. Вероятно, это должны были бы сделать должностные лица вышеуказанных структур, пишит Муженко на своей странице facebook.com/profile.php?id=100009623167190

По Вооруженных Сил - реальные цифры в соответствии с донесений и расчетов - группировки составляло около 1200-1400 человек. Как вариант, я лично предлагал генералу Руслану Хомчак - зайти в Иловайск, занять круговую оборону до ожидания готовности резервов предназначенных для деблокирования. Была такая возможность. Тем группировкой - более тысячи человек - было достаточно реально решить этот вопрос. Он мне сказал: я эту задачу выполнить не могу, потому что мне добровольческие батальоны поставили ультиматум - или мы выходим все вместе, или мы выходим сами, а тут, если хотите, оставайтесь и действуйте как считаете нужным. Генерал Хомчак сообщил, что принял решение о выводе всей группировки.

Во время выхода рассматривали разные варианты. Предлагался выход мелкими колоннами по 10-15 машин в разных направлениях на широком фронте, в том числе и на юг, потому что там было пространство для движения с выходом в район Мариуполя или, возможно, в район Гранитного. Но был выбран вариант выхода по маршрутам, оговоренных с руководством российского Генерального штаба - эти маршруты россияне предлагали как "зеленый коридор" для выхода наших подразделений.

Это была инициатива Путина, 26 августа он об этом заявил, и мы в течение двух дней (!!!) согласовывали с российской стороной вопрос, каким образом осуществить этот выход. Первое условие было для нас приемлема - выход по "зеленому коридору", с вооружением и военной техникой. Без вопросов. Но, непосредственно уже в ночь перед выходом, 28 августа, где-то в районе 22 часов, на меня вышел генерал Богдановский - первый заместитель начальника Генерального штаба ВС РФ - и сказал: "Условия меняются, мы можем позволить только выход, без вооружения и даже без стрелкового оружия ". Это было для нас неприемлемо, это вообще создавало серьезную опасность для наших военнослужащих. Других условий после этого разговора не было.

Разговор об окончательных условиях россиян я безотлагательно доказал генералу Хомчак. Также отметил, что в такой обстановке нужно планировать не выход, а прорыв. На местном уровне, в Иловайске, решение о выходе принималось коллегиально, в том числе и с руководством добровольческих батальонов, командирами подразделений. Они выбрали для себя вариант выхода по заранее оговоренной с русскими, четко и пошагово, маршрутами с выходом в районе Старобешево.

Кстати, одним из условий было то, что после выхода, в районе Старобешево, мы должны вернуть пленных - российских военнослужащих, которые были в составе нашей колонны. Сейчас общеизвестно, что колонна была расстреляна, в том числе расстреляны русскими и российские военнослужащие.

Я постоянно контактировал с российским генералом Богдановским, потому что 28 августа генерал Герасимов - начальник Генерального штаба ВС РФ - был в командировке, но уже 29-го числа он был на месте, где во второй половине дня я общался с ним.

Кстати, ночью я общался с начальником Главного оперативного управления Генерального штаба ВС РФ генералом Картаполовым, и с его заместителем генералом Евстратов, который в настоящее время является начальником Главного оперативного управления ГШ ВС РФ. Никто из них не хотел брать на себя ответственность за действия российских войск в Иловайск, ведь понимали, что это военное преступление, и за это кому-то придется отвечать. Российские генералы перебрасывали коммуникацию с одного на другого, от первых лиц на других, потом на третьестепенных.

У нас не было выбора, нам необходимо было общаться для того, чтобы все-таки решить вопрос безопасности наших людей, которые должны были выйти из этого окружения. Это, кстати, подтверждено документально. В материалах следствия такой документ, где подтверждено четко по времени, по дням - с кем, когда, сколько минут даже - до секунды - велись переговоры с россиянами. Однако, некоторые политики, "эксперты" заявляют, что Муженко говорит неправду, мягко говоря, что Муженко врет и он ни с кем не общался того времени.

Рассматривались различные варианты выхода из окружения. В частности, в северном направлении, где у нас тоже было недостаточно сил и средств. Но это также был один из вариантов, который имел право на жизнь и на успех. Действительно, маневр был бы неожиданный и для российской стороны, и для формирований так называемой "Новороссии". Такой вариант также предлагался командованию сектора "Б".

Кстати, командование сектора "Б" оказалось в районе Иловайская, скажем так, по факту. Это не было основной задачей руководителя сектора генерала Хомчака - организовывать выполнение тактической задачи о взятии под контроль города Иловайск, так как сектор имел гораздо больше боевых задач. Это и выполнения задач в западной и южной частях Донецка, у Горловки, Макеевки и тому подобное. То есть на большом фронте велись боевые действия группировки сектора "Б", и ему необходимо было осуществлять управление целым сектором. Впрочем, выезд в Иловайская руководителя сектора - это его решение. Хотя, по моему мнению, достаточно было бы отправить представителя или одного из своих заместителей, чтобы на этом уровне обеспечить взаимодействие между подразделениями Вооруженных Сил с соответствующими специальными подразделениями МВД. Конечно в составе этой группировки был и представитель, а до 22 августа там был непосредственно первый заместитель министра внутренних дел генерал Сергей Яровой.

Следует отметить, что так называемый «эксперт» Юрий Бутусов там тоже был 22-го августа. У меня возникает вопрос: для чего именно в то время он там находился? Которое он имел вообще отношение к планированию этой операции и к присутствию в зоне боевых действий?..

Что касается потерь. На сегодняшний день четко установлено потери подразделений Вооруженных Сил Украины. Всего за август месяц 2014 потери Вооруженных Сил составили: безвозвратные - 427 человек, 781 - санитарные (ранения, контузии и т.п., в том числе и психологические травмы).

По подтвержденным данным и списком погибших и раненых, в период с 21 августа по 5 сентября 2014 года, в том числе в районе Иловайская, именно в этой группировке, 150 военнослужащих Вооруженных Сил погибли, 90 - получили ранения. Это реальные цифры.

По количеству погибших от 366 до 500 человек, которыми оперировали Генеральная прокуратура, военный прокурор: направлено два запроса на имя Генерального прокурора Украины о подтверждении соответствующих цифр и сравнения учета Вооруженных Сил с тем учетом, который есть в Генеральной прокуратуре. Но ни на один, ни на второй запрос нам так ответа и не поступило...

Поэтому имеем оперировать только такими данными: 150 погибших и 90 раненых с 21 августа по 5 сентября 2014 года. Подчеркиваю, это потери Вооруженных Сил Украины. То, что касается добровольческих батальонов, считаю, что учет таких потерь должна быть в Министерстве внутренних дел Украины, Национальной гвардии Украины. Это их подразделения и будем надеяться, скажем так, что там учтена каждый человек, и каждый погибший поименно, как это сделано в Вооруженных Силах Украины.