Новости Донецкой области (Донбасса) и Украины

20 февраля 2017 года

Преступники или политзаключенные: почему сажают за решетку добровольцев

политзаключенные

«Айдаровку» Виту Завируху отпустили из СИЗО. Залог в 1,6 млн грн за нее внес киевский бизнесмен. Девушку задержали в мае 2015 года по подозрению в нападении на АЗС и убийстве двух милиционеров. Она знала других обвиняемых по делу и, якобы, помогала перевозить оружие

Общественная организация Комитет освобождения политзаключенных, которая работает в Украине с 2011 г., внесла Завируху в свой список. Сейчас там насчитывается 62 политзаключенных. 12 сидят в России, 16 – в оккупированном Крыму. Остальные – за решеткой в Украине.

politeka.net выяснила, чем политзаключенные сегодняшней власти отличаются от тех, которые сидели при режиме Януковича, кто и за что отправляет в плен добровольцев и какую роль в их освобождении играют протестные акции.

Два года тюрьмы за портрет

Политзаключенного Юрия Павленко, известного под позывным «Хорт», в прошлом году освободил Винницкий апелляционный суд. В СИЗО он просидел два года. Юрию объявили о подозрении в организации и участии в массовых беспорядках 6 декабря 2014 года возле Винницкого облсовета, избиении сотрудников правоохранительных органов. «Хорт» считает, что был, потому что оказался в СИЗО потому, что разорвал портрет президента.

«Для того чтобы попасть в тюрьму, в Украине достаточно в своем городе проводить активную общественно-политическую деятельность. Сначала тебя будут предупреждать, потом упрячут за решетку. На сегодняшний день сидят около 2 тысяч добровольцев, - рассказывает Юрий. – Система обнаглела больше, чем во времена Януковича».

Павленко считает, что в его деле присутствует яркая политическая составляющая.

«Остальных политзаключенных обвиняют в грабежах и разбоях, «вешают» убийства, - рассказывает он. - Пытаются это подать как чистый криминал. А когда копнешь, оказывается, что настоящая причина в их активной общественной деятельности. Во времена Януковича было сконцентрировано внимание общества на отдельных делах. Помните дело Павличенко (отца и сына – Дмитрия и Сергея Павличенко – подозревали в убийстве судьи, - ред.), «васильковских террористов» (Владимира Шпару, Игоря Мосийчука и Сергея Бевзу обвиняли в подготовке теракта в день 20-й годовщины независимости Украины, - ред.)? Кое-кто относит к политическим дела Тимошенко и Луценко. Сейчас нет заключений   политической псевдоэлиты, не сажают врагов Порошенко – крупных политических фигур. Он так не делает, как Янукович. Но массово обезвреживает тех, кто может организовать бунт или революцию против действующей системы».

По мнению «Хорта», потенциальным политзаключенным в Украине может стать каждый, а в первую очередь - представители бывших добробатов. Павленко говорит, что к нему поступали сигналы: если он извинится за то, что сделал с президентским портретом, его освободят. Но он не захотел. Считает, что таким образом дискредитировал бы себя.

«Далее тактика изменилась. Пытались замалчивать мое дело. Даже суд сделали закрытым, чтобы уменьшить резонанс», - говорит бывший заключенный.

Но портрет президента у нас не относится к государственным символам. Следовательно, нести ответственность за его повреждение никто не должен. Видимо поэтому за два года Павленко пять раз меняли обвинение.

«Сначала мне предъявили хулиганство с применением оружия и избиение сотрудников милиции. Затем переквалифицировано в массовые беспорядки, затем в массовые беспорядки, совершенные группой лиц. Делалось это, чтобы убрать из обвинения текст, где речь идет о портрете», - говорит Юрий.

«Хорт» считает, что власть понемногу отпускает политзаключенных, потому что готовится к досрочным парламентским выборам.

«Не просто так отпустили меня, потом Завируху и еще нескольких ребят во Львове, которых обвиняли в подготовке диверсий и террористического акта, - рассуждает Павленко. - Власть пытается изменить свою репутацию в быстром режиме. Когда меня отпускали, как раз в разгаре были слухи о так называемом плане «Шатун». Власть пыталась выпустить пар. Чтобы у так называемых протестных групп, которые объединялись вокруг политзаключенных, не было повода для волнений и гневных выступлений».

Расширение списка

Контингент добровольцев и майдановцев среди политзаключенных – наибольший. Это отмечает Николай Коханивский - глава Комитета освобождения политзаключенных, глава батальона ОУН.

«При Порошенко посадили много добровольцев, - говорит он. - Для него они представляют угрозу. Потому что большинство добровольцев были на Майдане, у них есть свои убеждения, на войне получили дополнительный опыт. Когда возвращаются домой, не хотят мириться с тем, что происходит в стране. С теми же наглыми мордами у власти и с грабежами в стране. Поэтому их сразу сажают. Шьют что попало. Обычно – хранение оружия и другие надуманные статьи. И все это готовят заранее. Человек еще ничего не совершил, но уже полиция собрала на него немножко информации, и он  сидит».

Кохановский говорит, что дела так называемых политзаключенных порой поражают абсурдностью. Он отмечает, что, например, Виты Завирухи вообще не было в Киеве, когда произошла перестрелка, за отношение к которой ее и задержали.

«То же самое – дело Полищука и Медведько (подозреваемые в убийстве журналиста Олеся Бузины, – ред.), - продолжает собеседник. – У них есть куча свидетелей, что на время убийства Бузины они были на фронте. Несмотря на железобетонное алиби, их продержали много времени в СИЗО, подвергали пыткам. Зашли, 5 патронов подкинули, забрали – и человек год, а то и больше сидит. «Хорта» посадили, потому что разорвал портрет Порошенко. Куда уж абсурднее? Я боролся с Кучмой, жег чучела и портреты Кучмы и Януковича. И никто за это не сидел. Разорвали портрет Порошенко - и человек просидел  два года. Да и до сих пор находится под следствием».

В отличие от Павленко, Коханивский считает освобождения самого «Хорта» и Завирухи лишь случайными стечениями обстоятельств. Но, по его мнению, гражданское сопротивление и тот факт, что сейчас страна совсем не такая, какой была раньше, заставляют власть отступать.

«Есть политзаключенные потому, что до сих пор действует система, которая сопротивляется и не хочет меняться, - говорит он. - Судьи, которые судили при Януковиче, судят и сейчас. Снова восстановили в должности судью Бурбела, который судил «васильковских террористов». В полном составе сотрудничают с властью и сопротивляются любым изменениям полиция, прокуроры, судьи. У нас стабильно 50-60 политзаключенных. Одних выпускают, других сажают. Но список может расшириться. Потому что сейчас продолжается блокада Донбасса. Ребятам, которые останавливают поезда с углем и контрабандой, угрожают лишением свободы».

Спекулятивный термин

Политический заключенный - лицо, находящееся под стражей или отбывающее наказание в виде лишения свободы, в деле которого присутствует явная политическая составляющая, например он -оппозиция действующей власти. Политическим заключенным может быть как арестованный по обвинению в действиях политического характера, так и по другим, часто сфальсифицированными, обвинениями.

Но термином «политзаключенный» часто спекулируют, убежден нардеп шести созывов ВР Ярослав Кендзер.

«Идет сознательная дискредитация понятия «политзаключенный», - говорит он. - Меня коробило, когда Тимошенко причисляли к этой категории. За какие убеждения она получила политическое заключение? Сейчас есть так называемая категория политзаключенных потому, что нет честного правосудия. Есть молодые активисты, которые допекают власти. Она с помощью своих карательных рычагов находит способы воздействия на своих оппонентов».

Кендзер напоминает, что раньше тоже не хотели давать сроки за политические убеждения, чтобы мировая общественность не возмущалась и не протестовала.

«Поэтому практически каждому из политических заключенных - и Вячеславу Чорновилу, и Михаилу Горыню, и многим другим - старались сфабриковать какую-то обычную уголовную бытовую статью, - рассказывает политический деятель. - Или наркотики, или хранение оружия, изнасилование или намерение изнасиловать кого-то. Остап Вишня смеялся в 1937 году, когда его арестовали по обвинению в подготовке покушения на Кирова или иного партийного деятеля. Он говорит: «Господа, вы меня лучше судите за изнасилование Клары Цеткин. Это будет правдоподобнее».

В Украине действительно на каждом историческом этапе были свои политзаключенные. По мнению Кендзера, этой ненормальностью мы должны переболеть.

«Законодательная, правоохранительная и судебная системы давно необъективны, - констатирует он. - Трудно установить, прав человек или его обвиняют безосновательно. Потому что, на самом деле, есть много граждан Украины, которые до Майдана были не в ладах с законом. Потом пошли на Майдан, оттуда добровольцами на фронт. На войне свои законы – воля, свобода, оружие на руках. Некоторые из них действительно совершали преступления: грабили, насиловали, разбои устраивали. А прикрывались тем, что воюют и защищают украинскую землю. Четко определить, кого наказывать за уголовные преступления, а кому навязывают криминал, хотя он честно отстаивал интересы государства, очень непросто. Граница тонкая. Сфабриковать дело сейчас больших проблем не составит».

Мнения добробатовцев

Валентин Лихолит, бывший командир подразделения батальона «Айдар»:

-10, 2 тыс. уголовных дел открыто на АТОшников. 1440 – уже сидят. Получается, что на каждого одиннадцатого бойца, из тех, которые в 2014 году отстаивали свое государство, есть уголовное дело. Не защищаю насильников и мародеров. Но защищаю ребят, которые шли в бой, когда не было закона, как они должны были действовать в АТО. Теперь их судят по кодексу гражданскому. А судьи кто? Судьи, которые не могут отличить гранату от патрона. Против ребят по 6-7 статей – «набор патриотов». Была амнистия, но эти ребята не попали. Потому что у них тяжкие и особо тяжкие статьи. Наших патриотов судят, а сепаратистов отпускают. В Украине уничтожается патриотическое движение. Им не нужны патриоты.

Анатолий Виногродский, бывший командир батальона «Донбасс»:

- «Набор патриотов» – это копирка, под которую открывают уголовные дела. Создание организованной преступной группировки предъявляют всем бойцам военных подразделений. Как это выглядит? Строгая вертикаль подчиненных, позывные и дисциплина. Это они описывают ОПГ. Например, любые батальон или рота в их понимании - ОПГ.

Во время боевых действий бойцы получают задание по зачистке населенного пункта. Когда боец заходит в дом, откуда ведется обстрел, ему инкриминируют незаконное проникновение в жилище, поскольку на это нет разрешения суда. Задержали человека с автоматом, им «шьют» незаконное лишение свободы. Проверили ноутбук или телефон – кража. Был случай, когда задержали подозреваемого на авто. Машину отправили на штрафплощадку. А на ребят повесили кражу автомобиля.

Яна Романюк