новости, достопримечательности, история, карта, фотогалерея Донецкой области
Донбасс информационный - путеводитель по Донецкой области
Главная Архив новостей Наши Контакты Поиск по сайту:

Новости Донецкой области (Донбасса) и Украины

30 мая 2017 года

Амина Окуева про опасность России, ее пропаганду и реальную силу украинской армии

Амина Окуева 

Амина Окуева

Амина Окуева – одна из самых ярких женщин, получивших известность за время войны на Донбассе. У многих украинцев чеченка с украинским паспортом вызывает восхищение. У россиян и поддерживающих Рамзана Кадырова чеченцев – ненависть. Сама Амина к ажиотажу вокруг своей персоны давно привыкла. И медленно, но уверенно идет к реализации своей цели – построению военной карьеры, которая станет еще одной ступенью к достижению мечты: развалу Российской Федерации и, как следствие, освобождению обеих ее родин – Украины и Чечни.

О планах на ближайшее будущее, политических разногласиях и раздорах между патриотами Украины, коллаборационистах на востоке и угрозе чеченского сценария, причем не только на Донбассе, Амина Окуева рассказала в первой части интервью apostrophe.ua.

- Амина, ты уже несколько месяцев как не служишь в полку "Киев". За это время приходилось ездить на фронт?

- В последний раз мы были в АТО в декабре.

- Ты еще служила тогда?

- Как раз на больничном была, в самоволке. У полиции ведь какие задачи в основном? На блокпосту постоять, общественный порядок охранять... Это очень важно. Но, честно говоря, самые интересные для меня задачи приходилось выполнять как раз во время самоволок.

Потом началась эта блокада (экономическая блокада ОРДЛО, - "Апостроф"). Пошли слухи, которые потом находили подтверждение, что ребят с личным оружием — охотничьим, официально зарегистрированным – задерживали, не пускали и так далее. Понятно, законное оружие отобрать они не могут, поэтому просто не впускали в сектора. Это было связано именно с блокадой. Так что мы решили на рожон не лезть, чтобы не получилось так, что такую дорогу проделали, соляру потратили — и все зря, да еще и на какие-то разборки плюс ко всему нарваться...

Так что последнюю попытку поехать в АТО нам эта ситуация подпортила. А потом у меня началась учеба, я целый месяц не могла никуда поехать. И вот только сейчас собираемся поехать — потому что ждут уже нас там. Приглашают в разные места.

- А ты почему вообще решила уйти из полка "Киев"? Устала воевать или тут что-то другое?

- Во-первых, в начале, когда под МВД формировались добровольческие батальоны, первый год наши задачи мало чем отличались от задач военнослужащих. Тогда была острая потребность — и мы, добробаты, реально тогда стали большим подспорьем для армии.

Но потом, с каждым годом, с каждым месяцем задачи добробатов под МВД все больше переводились на милицейские: патрулирование городов, блокпосты, охрана мостов. Как я уже говорила, это тоже важные и нужные задачи. Только я в душе — не милиционер, никогда себя не видела на этом поприще. Я, в принципе, в системе МВД карьеру делать никогда не планировала, просто на тот момент, когда началась война, именно добробат стал для меня оптимальным выходом. Это была официальная возможность получить оружие, какую-то зарплату — и выполнять при этом такие же задачи, какие выполняют военные.

И при этом в добробате было попроще с ротациями — в отличие от мобилизации в армию... Вот так, в силу разных обстоятельств, я тогда приняла решение идти именно в добробат. В котором со временем оставалось все меньше задач, которые были мне интересны.

- Не жалеешь?

- Нет. Я хорошо ушла. Осталась в хороших отношениях со всеми. Мы — на связи, общаемся. Если поедем, может, заедем в гости к тем ребятам из полка, которые до сих пор в Авдеевке стоят, город патрулируют. Это очень важно, потому что на приграничных территориях, примыкающих к "серой зоне", обстановка очень непростая. Большая часть населения настроена все еще не очень хорошо по отношению к Украине. Хоть в целом ситуация и лучше, чем поначалу, когда люди верили во всякую чушь с российского телевидения.

- Много там тех, кто сейчас настроен враждебно по отношению к украинской армии?

- Есть те, кто с недоверием относится. А есть и сильно настроенные против Украины, любители "русского мира", которых ничем не переубедишь. Они видят, откуда по ним прилетает, они понимают, что это все с той стороны, с оккупированных территорий или из России прилетает, но все равно это ничего не дает. Они – как зомби, которым кто-то что-то вбил в голову, и их уже ничем не переубедишь. Даже то, что они видят собственными глазами, эти люди отрицают.

И есть какое-то "подполье", люди, которые сливают информацию той стороне о передвижении наших войск, количестве техники и так далее. Поэтому милицейские задачи очень важны как раз для выявления таких элементов среди гражданского населения. Просто такая работа — не для меня. Ну, не милиционер я по духу! Поэтому я давно уже понимала, что буду в армию переходить каким-то образом — и сейчас я на пути к этому. Думаю, когда закончу обучение и получу офицерское звание — практически наверняка буду, так или иначе, в ВСУ.

- Ты уже определилась, куда конкретно хочешь пойти?

- Есть много разных вариантов. Конечно, мне хотелось бы приносить максимальную пользу, чтобы, образно говоря, КПД от меня был максимальным. И, как обычно, хочется совместить побольше всего. Сейчас рассматриваем с двух сторон возможность иметь отношение к пресс-центру Минобороны. Мне кажется, я могла бы принести там какую-то пользу. При этом для меня очень важна возможность бывать на фронте, какие-то задачи там выполнять. Но если это не получится или ситуация как-то изменится — готова идти в какое-то из подразделений. Если у меня будет офицерское звание, с уже четырьмя военно-учебными специальностями, думаю, найти себе применение особого труда не составит.

- Тебя долго безосновательно журналисты называли снайпером. Теперь ты уже имеешь эту специальность?

- Да, снайпер, оператор ПТУРа, гранатометчик, и моя непосредственная, первая специальность – медик. Поэтому я – такой многофункциональный солдат. Не будем говорить универсальный, но многофункциональный. И плюс сейчас офицерское звание получу, я думаю, что не будет проблем устроиться.

- Сколько тебе еще предстоит учиться?

- Это был последний семестр, сейчас только сборы будут и госэкзамен.

- И — распределение?

- Да, какие-то бюрократические моменты – и уже вроде бы должны осенью дать звание офицера. Там распределения в нашем случае не будет, потому что я получаю образование офицера запаса. Но при желании я могу получать распределение точно так же, как те, кто четыре года учился в училище. При этом я могу быть в запасе, если не хочу идти служить, а могу выйти из запаса и пойти на службу. Такое выгодное положение.

В целом я довольна Одесской военной академией, там, в принципе, стараются. Я не знаю, как до этого всего было, но сейчас в Одессе атмосфера тяжелая, хотя на академии это никак не отобразилось. Там даже пожилые преподаватели понимают, что к чему. И никаких совковых моментов за время обучения я там не встречала.

- Как атмосфера в городе? Снова у любителей "русского мира" обострение?

- Их очень много. Там такая печаль!.. Очень тяжелая ситуация. И складывается впечатление, что местные власти, к сожалению, если не способствуют, то уж точно никак не препятствуют нагнетанию антиукраинских настроений. И городские, и областные.

Там все так наслоилось... Хотя есть надежда на то, что силовые структуры будут выполнять свои задачи жестко и непреклонно. И меня очень радует, что до начала всех этих драк на майские праздники в городе запретили символику тоталитарных режимов — наравне со свастикой вне закона теперь и серп и молот (смерть и голод, как говорили), запретили также портреты всякие и георгиевскую ленточку. Все это теперь — запрещенная символика. И очень важно, чтобы силовые структуры делали свою работу — не закрывали глаза, а выполняли эти распоряжения и пресекали провокации. Это очень важно. Потому что в Одессе сейчас очень все печально.

- Там ведь и качают серьезно?

- Да, качают. Они все силы и средства бросили на это, я имею в виду гибридные "войска" Российской Федерации. Очень много людей приезжает. 2 мая я как раз еще в Одессе была, наблюдала за тем, что происходит, и видела, что очень много приезжих было в эти дни.

- А откуда ехали — известно?

- Да, потом выяснилось, что и из Приднестровья приезжали – именно "титушки" обоих полов, крикуны всякие. Некоторых узнали потом. И даже есть видео в интернете, где их снимают. Там и местных, к сожалению, достаточно большое количество было — людей несознательных и настроенных против Украины. Но российская пропаганда ведь при этом еще и бьет в точку — свозит людей, тратит деньги...

- Как считаешь, эти попытки раскачать Одессу — часть плана по созданию очередной "народной республики" и, соответственно, оккупации юга Украины? Или главной целью этих попыток является дестабилизация ситуации в стране в целом?

- Одесса для них изначально была очень лакомым кусочком. Я больше чем уверена, что до событий трехлетней давности, до 2 мая 2014 года, у них однозначно была такая задумка: реализовать наравне с так называемыми ЛНР, ДНР еще и ОНР. Но после 2 мая, мне кажется, они эту идею оставили. Поняли, что в Одессе достаточное количество патриотов, которые просто так, без боя, не сдадутся.

И они оказались не готовы к тому, что им дадут отпор. Да и в целом так сложились обстоятельства, что не хватило у них сил, чтобы полностью взять ситуацию в свои руки. Но попытки дестабилизации все равно будут продолжаться очень долгое время, как мне кажется. Я не думаю, что сейчас они видят это в полном варианте — в виде некоей "народной республики". Тут как раз они уже наверняка поняли, что на этом этапе такое у них не получится. Что это только по горячему, наскоком можно было взять.

Но в целом, когда в каком-то регионе, тем более в таком большом и важном, имеющем выход к морю, неспокойно – это, безусловно, влияет на всю страну. Поэтому я думаю, они именно там раскачивают с целью повлиять на ситуацию во всей Украине.

- А если посмотреть шире — видишь ли сигналы к тому, что скоро та сторона может попробовать пойти в наступление? Если да — на каких направлениях возможны попытки прорыва? Или все-таки их не будет?

- Исходя из того, что вижу я, в ближайшее время Россия будет акцентироваться именно на гибридной войне. Они будут пытаться максимально расшатывать ситуацию по всем регионам. Я примерно себе представляю, каких огромных средств это им стоит. Но на сегодняшний день я вижу, что они будут именно в тылу, на мирных территориях раскачивать изнутри. Причем во всех без исключения регионах. В том числе, и в Киеве.

Что же касается непосредственно фронта — я сейчас не вижу для них никакой возможности захватить новые территории и существенно продвинуться вперед без применения авиации, без начала полномасштабной войны.

Конечно, какие-то локальные обострения бывают постоянно. И они будут продолжаться. Может, их станет даже больше. Но именно глобального наступления — не локального, грубо говоря, коксохим взять в Авдеевке, километр плюс, километр минус, а глобального — типа дойти до Днепра — я не вижу такой опасности в данный момент.

Но все ведь может измениться. Для того они и расшатывают ситуацию внутри Украины, вкладывая огромнейшие средства. И нам очень важно держаться и не допускать раскола и выхода ситуации из-под контроля. Потому что они хотят этим расшатыванием добиться полного разброда и шатания по всей Украине. И когда какие-то стратегические учреждения решат, что да, ситуация расшатана достаточно, когда им удастся довести ситуацию до попытки госпереворота изнутри, они могут в любой момент, буквально в течение недели, собрать силы в кулак — и ударить. Ударить с расчетом дойти уже до Днепра. А, может, и дальше.

Все может измениться в любой момент. Поэтому расслабляться нельзя. Но пока основную опасность я вижу в расшатывании изнутри — а значит, нам нужно держать ситуацию во всех регионах.

- А вместо этого мы самозабвенно ссоримся по языковому вопросу, еще по каким-то... Какие самые опасные, направленные на разделение украинского общества тезисы внедряются извне? И что делать с тем, что мы до сих пор на все это ведемся?

- Языковой вопрос – это действительно очень двойственный и тяжелый вопрос. На самом деле, я считаю, что язык определяет сознание народа. И нужно стремиться к тому, чтобы все украинцы стали украиноязычными. Но, опять же, это не может произойти по мановению волшебной палочки, за один год. И уж тем более это не может произойти под давлением. Нельзя заставить человека думать и разговаривать на каком-то языке. Можно только стимулировать, с позитивом и любовью вызвать желание у человека говорить на этом языке.

Для этого очень много есть различных способов. Я знаю, насколько трудно людям старшего поколения, особенно жившим в регионах, которые никогда украиноязычными не были. Старшие люди из той же Одессы ведь могут быть искренними патриотами. Они любят свою страну, они хотят говорить по-украински, но, когда пытаются это делать, у них получается еще хуже, чем у Азарова было. С одной стороны, это смешно. А с другой — почему бы не открывать бесплатные курсы для этих людей? Для людей старшего возраста, пенсионеров, может быть. И как-то поощрять, прививать любовь к языку, позитивом действовать. А когда просто какое-то давление, оскорбление – это ничего не даст.

На самом деле, я думаю, что окончательно этот вопрос решится уже со сменой поколения. Когда это поколение, уже украиноязычное, дети, которые сейчас учатся в школах, вырастет, а старшее поколение отойдет. И произойдет естественная смена. Форсировать же этот процесс, как я уже сказала, можно только позитивом, чем-то хорошим.

Опять же, я думаю, справедливо, если человек не может в Украине устроиться на работу без знания государственного языка. Такие ограничения можно и нужно делать. Но без оскорблений с мордобоями и чем-то еще, с помощью чего некоторые люди пытаются решать "языковую проблему". Самым невинным результатом такого поведения может стать неприятие украинского языка даже у тех русскоязычных, которые сами хотели его изучать и на него переходить в общении. Для свободного человека любое насаждение, любое давление, даже если насадить пытаются что-то хорошее, вызывает отторжение.

Но это мое мнение. Это один из острых вопросов, который провоцирует раскол общества. И который крайне сложно сейчас решить.

Есть и другие подобные по силе своей разрушительности вопросы. На самом деле, многие политические моменты раскалывают общество. Например, та же блокада. Я вообще на эту тему старалась не говорить. Не отзывалась ни за, ни против. Потому что меня больше всего печалило и злило то, что два побратима, которые всю войну бок о бок прошли, по этому вопросу могли в одночасье рассориться и стать друг другу врагами.

Таких моментов нельзя допускать. Это нужно как-то смягчать, устранять такие спорные моменты. Но пока мы лишь регулярно наблюдаем баталии в Facebook между украинскими патриотами по поводу того, что кто-то, допустим, считает, что сегодняшний президент достоин того, чтобы ему дали возможность довести начатое до конца. Хотя бы попробовать это сделать. А кто-то считает, что нет, не достоин, и вообще всех без разбору надо повесить... Такие диаметрально противоположные точки зрения в соцсетях встречаются очень часто. В реале, кстати, этого намного меньше. Я не видела на улицах таких активных баталий, как в Facebook.

Мнения могут быть разные. У нас свободная страна. И человек имеет право на собственные предпочтения, в том числе, и в политике. И если даже человеку нравится, допустим, Тимошенко — то это, грубо говоря, его личные проблемы. Но при этом люди, искренне любящие Украину, тем более боевые побратимы, не должны становиться врагами друг другу на почве чего бы то ни было, будь то языковой вопрос или какие-то политические предпочтения.

Потому что, если вдруг, не дай Бог, России удастся расшатать внутреннюю ситуацию до такой степени, что они все-таки решатся пойти в более полномасштабное наступление, эти рассорившиеся бывшие товарищи просто не смогут собраться вместе, в единый кулак и дать отпор. Вот где основная проблема.

Основная опасность — в том, что они сделают, как в свое время сделали в Чечне, после фактической победы Чечни в Первой русско-чеченской войне. Они тоже начали провоцировать разделение людей по каким-то вопросам. Они очень умело это делают. Используя разные факторы – где-то честолюбие человека, где-то дезинформацию, они ссорят между собой вчерашних побратимов, которые потом, при всем своем желании, даже в случае опасности, не смогут объединиться так, как объединились в первый раз.

И потом, когда они расшатали в Чечне обстановку до такой степени, что большинство людей оказались разбиты на маленькие разрозненные группки, они устроили несколько провокаций, в частности, взрывы домов в Москве и Волгодонске (осенью 1999 года, - "Апостроф"), их устроили российские спецслужбы. Это ведь фактически доказано уже. Об этом в своей книге писал Литвиненко. Сотрудников ФСБ за руку поймали, когда они в еще один дом заносили мешки с гексогеном. Они тогда заявляли, что это учения. Но зачем на учениях использовать настоящий гексоген?..

- Для "правдоподобности", видимо.

- Да. И взрыв тогда был бы "учебным", наверное, чтобы не расслаблялись.

Уже доказано, что эта провокация была сделана именно российскими спецслужбами. И потом, в определенный момент, когда они посчитали нужным, то нанесли массированный удар. Началась открытая фаза Второй русско-чеченской войны. И уже люди просто не смогли вовремя объединиться и дать отпор, как это было в первую войну, когда не было таких междоусобиц.

Именно этого я боюсь сейчас в отношении Украины. Украина намного больше Чечни, намного больше людей здесь — и, соответственно, больше разных групп может образоваться. Тем не менее, суть остается та же: Россия пытается разъединить здесь людей, разбить их по разным лагерям, желательно враждующим, чтобы потом, в случае новой активизации опасности, эти люди уже не смогли объединиться.

- Наверное, об этом нам надо было бы вспоминать каждый раз, как возникнет искушение гневно отреагировать на какой-то пост в Facebook...

- Я постоянно стараюсь аккуратно, технично об этом напоминать, мирить людей в Facebook — но это практически невозможно. И я всегда провожу параллели с тем, что творилось в Чечне. Потому что люди просто недооценивают опасность.

Я вспоминаю, как мы на Майдане стояли... Вот где реально была сплоченность, объединение! На Майдане ведь, помимо простых людей, были и разные политические силы. При этом никаких недоразумений или неприязни по этому поводу там не было. Мы спокойно заходили чай пить в палатку Кличко, точнее, его партии. Спокойно общались с теми, кто жил в палатке БЮТ, хотя у меня лично к Юлии Тимошенко негативное отношение было уже тогда, я ей никогда не верила. Но при этом мы не устраивали разборок с теми майдановцами, которые имели партийные билеты "Батькивщины", мы с ними не ссорились и вообще эту тему не затрагивали. Мы просто делали одно общее дело: строили баррикады, лечили людей...

Опять же, мне сейчас очень хотелось бы сказать украинцам, что важно не допускать вражды по каким-то таким второстепенным моментам, потому что даже язык (при том, что я считаю эту проблему крайне важной) — это ничто по сравнению с возможностью полной оккупации и полномасштабной агрессии. Если придет Россия — никто уже не сможет говорить так, как он считает нужным. Главное ведь — свобода слова, а не то, на каком языке оно сказано, это слово. Не важно, на каком языке ты донесешь свою мысль — главное, чтобы у тебя не забрали право ее высказывать.

- У тебя есть прогнозы по длительности этого противостояния, этой войны, в которую нас втянула Россия? Речь о годах или десятилетиях, как считаешь?

- Я думаю, в той или иной форме противостояние с Россией будет продолжаться до того момента, пока там существует имперский строй. А он на данный момент именно имперский. Они ведь уже даже не скрывают свои имперские амбиции. Об этом открыто говорят не только их признанные рупоры, вроде Жириновского, который всегда озвучивал все бредовые идеи, которые нужно было озвучить Кремлю. Сейчас даже Путин открыто говорит вещи, сигнализирующие о том, что имперские амбиции у него бьют через край.

Впрочем, это мы видели и в действиях России, в той же аннексии Крыма и оккупации отдельных районов Донбасса. Это явные шаги, направленные на восстановление империи.

Но, даже если бы всего этого не было, Российская Федерация, по сути, является империей, потому что те территории, из которых она состоит, на 90% - не ее. Это завоеванные территории. И народы, которые на этих территориях жили, а часто — и продолжают жить, не желают находиться под властью России.

Так что пока российская империя не развалится, пока государственный строй там не изменится, противостояние будет продолжаться. Украина — к сожалению или к счастью — уже втянута в это. Как у любого человека, у любого народа также есть свое предназначение. Возможно, предназначение Украины — благородная, доблестная миссия: развалить эту империю, которая уже много веков гнобит и губит очень много народов.

Мне кажется, что Украина уже из этого как-то мягко, сравнительно безболезненно не сможет выйти. Может быть, это не обязательно будет горячая фаза. Даже если, например, на Донбассе удастся полностью завершить вооруженное противостояние, в любом случае, если Россия будет продолжать существовать в таком виде, в каком она существует, то или иное давление, противостояние на политическом, экономическом, еще на каком-то уровнях будет продолжаться.

- Как скоро российская "империя" может развалиться? Многие говорят о том, что счет пошел не на столетия или десятилетия, а на годы...

- Я тоже, на самом деле, так думаю. Очень на это надеюсь. Я вообще оптимистка. Правда, мы еще и 10 лет назад надеялись, что лет через пять Россия развалится. Но то, что мы проживаем и что кажется нам очень длительным процессом, по историческим, глобальным меркам – просто миг. И в учебниках истории займет полстранички в итоге.

И если смотреть глобально, я тоже думаю, что все идет к закату, причем к активной фазе заката. Российская империя уже в агонии. Но нужно понимать, что, как и живое существо, умирающая империя в агонии может нанести потери окружающим. Агония – это достаточно активный процесс. А такое большое и злобное государство в агонии может вызвать такие разрушения, что о некоторых лучше не думать. Я не исключаю, что они могут попытаться в определенный момент и ядерное оружие применить!.. В случае с Россией нельзя исключать ничего. Нужно готовиться и к такому повороту. В крайнем случае, хоть бункер построить.

- Россия – очень большая и территориально, и по количеству населения страна. Но при этом – отсталая в сравнении с цивилизованным миром, с теми же США. Почему же никто не может ей ничего сделать? Остановить?

- Да, они очень отстали в плане технологического процесса и в плане экономических успехов – фактически во всех сферах. Причем не только в сравнении с США, а и по сравнению с Китаем отстали.

Проблема в том, что это слишком большая махина. И даже, грубо говоря, если предположить, что они были бы вооружены только автоматами, весь их личный состав, они все равно за счет своего количества имели бы перевес. Там ведь не качество, там количество главное. И они даже в этом случае могли бы нанести какой-то урон.

И не стоит забывать, что у них есть ядерное оружие. Пусть оно недостаточно хорошо обслуживается, но оно есть. Мы, конечно, надеемся, что оно заржавело и не подействует, но тем не менее...

Я это говорю как дилетант, естественно. На самом деле, есть институты, которые делают прогнозы и знают более точно, что у них может сработать, что – не может. Но мы все равно должны всегда оставлять вероятность того, что это вооружение, сделанное в СССР 60-70 лет назад, до сих пор не вышло из строя. Нужно рассчитывать максимальный урон, который они могут нанести, и действовать, исходя из этого.

Я думаю, именно из-за этого мир опасается идти на прямое противостояние, из-за ядерного оружия в частности. И мне очень жаль, что Украина сдала свой ядерный арсенал. Уверена, если бы этот сдерживающий фактор оставался, с нами бы считались намного больше. Сейчас нам приходится уважение заслуживать героизмом наших бойцов, офицеров, а так оно было изначально. Кое-кто не наглел бы, зная, что есть у Украины ядерный арсенал. Да, ядерное оружие – это большое зло. Но это дополнительный и немаловажный для уважения мира к владеющей им стране фактор.

- И не было бы Будапештского меморандума, который, как показали последние несколько лет, был не гарантией безопасности для Украины, а ничего не стоящей бумажкой... Каковы, по-твоему, шансы, что такая же судьба не ждет в результате и договоренности, которые достигаются в Минске? Есть ли вероятность, что те договоренности будут хоть в какой-то мере реализованы?

- Какую-то часть этих договоренностей Россию, я думаю, могут принудить выполнять. В РФ ведь целые стратегические институты просчитывают, что им выгодно сделать, а что – максимально невыгодно не сделать, то есть от игнорирования каких договоренностей Россия получит наибольшее количество проблем.

Конечно, они пытаются нарушить все, что только можно, в свою пользу, но при этом они сопоставляют какие-то моменты, что им будет совсем не выгодно нарушить. Если речь идет о каком-то слишком уж явном и заметном нарушении, от которого они потом пострадают, получат, к примеру, ужесточение санкций – они подумают, стоит ли шкурка выделки.

В любом случае, никогда нельзя считать врага дураком, идиотом. Там все очень хорошо просчитано, и, поверь, они думают прежде, чем что-то делать. Единственное, что я не совсем понимаю: почему они с Крымом так поступили. Наверное, слишком уж лакомый это для них был кусочек.

- Слишком велик был соблазн воспользоваться ситуацией?

- Да. Вот они и не удержались. На самом деле, они ведь себя в ловушку с этим Крымом загнали. И отдать по доброй воле не могут – самолюбие не позволит, и проблемы после аннексии никуда не денутся. Даже если они во всем остальном совершенно шелковыми станут, санкции с них не снимут из-за этой явной, всем миром признанной оккупации, агрессии.

Не знаю, почему они на это пошли, но они сами навесили себе на шею камень, который в конечном итоге и утащит их на дно. Хотя во всем остальном они достаточно хорошо и логично просчитывают, что им пойдет на пользу, а что – во вред. Исходя из чего и действуют.

- Как ты оцениваешь способность нашей армии сегодня противостоять российской армии?

- Исходя из того, что сейчас происходит на Востоке Украины, мы вполне способны противостоять. Наша армия уже обучена, обстреляна, имеет все необходимое вооружение, снабжение, чтобы сдерживать то, что с той стороны есть сейчас.

Но если говорить о полномасштабной войне, с самолетами и, не дай Бог, ядерными ракетами – я затрудняюсь давать оценку. Я ведь только на офицера учусь. А тут уже надо давать оценку стратегического характера. Это уже академия Генштаба, следующий этап, который я тоже планирую пройти в свое время. Но пока я оценивать не могу. Впрочем, исходя из того, что я слышала от украинских военачальников, они больше склоняются к мысли, что в случае полномасштабной агрессии нам придется очень тяжело.

- Будем надеяться, что та способность к сопоставлению плюсов и минусов, о которой ты говорила, таки существует. И что Россия не пойдет на полномасштабное вторжение... Хотя бы испугавшись реакции мира.

- Я думаю, все действия руководства Украины, все их дипломатические ходы как раз и связаны с тем, чтобы не допустить развития полномасштабной войны. Я думаю, они всеми силами с самого начала агрессии именно к этому стремятся. И именно из-за этого совершают те шаги, которыми так недовольны многие патриоты Украины. И то, что власти Украины идут на какие-то компромиссы, которые часто называют "договорняками", как раз и направлено на сдерживание этого российского людоеда.

Можно долго спорить, правильно это или нет. Можно считать, что лучше выйти на бой лицом к лицу, как рыцарь – и сказать: давайте драться в честном бою. Но мое мнение: все-таки честный бой с Россией – это не самый лучший вариант. Ведь они честными не будут никогда. Плюс, они, все-таки, в отличие от Украины, в течение многих лет в свою армию вкладывали большую часть своего бюджета. А нам еще нужно время, чтобы окрепнуть. Я склоняюсь к тому, что армия должна быть профессиональной – и мы на пути к этому, к контрактной армии. Хотелось бы, чтобы скорее внедрялись стандарты НАТО...

Будем надеяться, что все идет в целом в правильном направлении. Даже если мы делаем два шага вперед, а после откатываемся на шаг назад – это лучше, чем наоборот. Поэтому лично я в целом с оптимизмом смотрю на происходящее.

- Как человек, разбирающийся в коммуникациях, если бы ты сейчас отвечала за диалог власти, командования Вооруженных сил с обществом, что бы ты изменила в том, что существует сегодня?

- Я скажу конкретно о Министерстве обороны, поскольку наблюдаю за его коммуникацией. Я знаю команду, которая занимается этим, это молодая команда, очень хорошая, мне очень нравится, как они работают. Проекты "АрмияFM", программа "Будемо жити", которую делает Военное телевидение Украины. Мы недавно тоже принимали в ней участие, кстати.

Это молодые ребята, они очень мотивированы, патриотичны, полны желания что-то изменить. И мне бы очень хотелось помочь этой команде, чем смогу. Не знаю, как оно сложится. Но мне нравится, как они работают. И кажется, что они действуют правильно. Хотя, естественно, тут тоже многое упирается в финансирование – как и везде, в принципе.

В этом, кстати, еще одно отличие между Украиной и Россией. На один только российский военный телеканал "Звезда" идет такое огромное финансирование, какое в Украине выделяется, наверное, на финансирование целой отрасли какой-то. Кремль вкладывает огромные ресурсы как во внутреннюю пропаганду, так и в популяризацию своих пропагандистских продуктов на Западе. И я уверена, если бы у ребят из МОУ было бы такое же финансирование, как у "Звезды", то они бы творили чудеса!

- Но ведь на сайте той же "Звезды" иногда такие вещи абсурдные появляются, что просто диву даешься, на кого это может быть рассчитано...

- Это специально так. Там ведь далеко не дураки сидят. Там сидят профессионалы. И если они такое делают – эдакую развесистую клюкву – значит, они делают это с определенной целью. Конечно, у них тоже бывают ляпы. Но если сравнивать российский пропагандистский продукт с тем, что делают товарищи из ЛДНР, то это небо и земля. Если явный, казалось бы, бред делают в России – не сомневайся даже, что это делается продуманно и имеет конкретную аудиторию.

- Да? А на кого, как думаешь, могло быть рассчитано, скажем, сообщение о том, как зверствовал в Чечне Арсений Яценюк?

- Ой, это, конечно, было очень весело! Мы тоже очень долго пытались понять, в чем прикол, почему именно Яценюка они выбрали на эту роль. Внешне он, мягко говоря, на воина не очень похож.

- Сложно было более неподходящего человека выбрать, мне кажется.

- Да, мне тоже так кажется. В данном случае, думаю, это была случайность. Изначально ведь эту "информацию" они якобы от украинских политзаключенных получили. Если не ошибаюсь, от Николая Карпюка или Станислава Клыха. Выбили, естественно, потому что никого из тех, кого в этом обвиняют, в Чечне и близко не было. Но кто-то из силовиков, которые допрашивали их, "перестарался" и эту информацию выбил. А потом она уже как-то просочилась. Ну, не опровергать же ее? Не могут же они сказать: мы вот пытали военнопленных – и выпытали такую вещь... Теперь им уже приходится дальше развивать тему.

Но изначально, думаю, это была случайность. Хотя тоже сложно сказать наверняка, потому что большинство тезисов в российской пропаганде очень хорошо рассчитаны, продуманны. На это тратят огромные деньги, специальные институты это все просчитывают и популяризируют.

У нас, к сожалению, таких возможностей информационных нет. Но все равно, то, что делают ребята, именно со стороны военного телевидения – мне очень нравится. Я их всегда смотрю и поддерживаю.

- Какие самые нелепые слухи тебе приходилось слушать о себе?

- Из смешного, из того, что очень понравилось – это когда меня "сделали" мужчиной по имени Амин Окуев. Я теперь иногда так даже представляюсь, ну и между собой частенько шутим на эту тему. А вообще – много всего было.

- Благодаря российским пропагандистам, я знаю, что ты и бомбу подкладывала в машину, в которой Павел Шеремет погиб...

- Ой, да... Я тоже про Шеремета читала, на сайте "Русская весна". Как раз тогда в АТО была на официальной ротации. Там даже нормального интернета не было. Мне товарищи звонят и говорят, смеясь: зачем ты, мол, это сделала?

Есть повторяющиеся сплетни. Есть веселые вещи, которые время от времени всплывают. Я вот до сих пор не поняла, что это было – про Амин Окуев... Так и было написано: "украинский татарин Амин Окуев".

- О, еще и крымский татарин впридачу!

- Да. Мы до сих пор не поняли, что это было, с какой целью. Но было смешно. До сих пор эта статья у них висит.

- Может, такая бурная реакция российских пропагандистов на определенные заявления позволяет нам вычислить их самые слабые стороны?

- Я всегда успешность своего интервью или какой-то статьи определяю по количеству "руссо-троллей", которые налетают в комментарии, возмущаются и пишут гадости. Ведь если это неинтересно, никто не будет тратить на это ресурс. А боты – это тоже ресурс. Хотя там не всегда боты. Иногда появляются и упоротые товарищи, которые сами ходят, ищут. Но в основном это машины работают.

Чем больше внимания, даже негативного, к какой-то статье, тем больше я понимаю, что попала в точку. Так что для меня нет лучшего признания и похвалы, чем их бурная реакция. Поначалу, правда, было неприятно, когда какие-то откровенные небылицы и гадости рассказывали. А сейчас – привыкла. И если они что-то пишут – ставлю себе еще один плюсик.

- Что там с товарищем Кадыровым?

- А что с ним станется? Кадыров – марионетка.

- Прежде в интервью ты не раз говорила, что он считает тебя и твоего мужа (Адама Осмаева, командира батальона имени Джохара Дудаева, который принимает участие в АТО) личными врагами, и что у вас есть серьезные основания опасаться за собственные жизни...

- Да, у нас постоянно бывает какая-то информация о том, что и со стороны российских спецслужб, и со стороны кадыровских формирований есть заказы на покушение на наши жизни. Поэтому, конечно, мы всегда настороже, не расслабляемся, всегда стараемся друг друга прикрывать, всегда вооружены. Как-то так.

- А после того, как в самом центре Киева в упор расстреляли российского экс-депутата Дениса Вороненкова – который тоже, казалось бы, был настороже – не страшно?

- Нет, не страшно. Мы верим в то, что у каждого человека предписана его судьба и срок его ухода. Мы действительно в это искренне верим. Может быть, человек не доживет и до года, а ему на голову кирпич упадет, а человек, который всю жизнь подвергается опасности, всю сознательную жизнь находится на фронте, в каких-то горячих точках, может дожить до глубокой старости и умереть в своей кровати.

В исламе есть такое высказывание: "Привяжи верблюда, а затем уповай на Аллаха". Это говорит о том, что нужно предпринимать какие-то меры предосторожности. И мы их предпринимаем. Я же говорю, мы не расслабляемся никогда, где бы ни находились. Но при этом мы не боимся. Страх – это то, чего они хотели бы добиться.

- Скажи, а если когда-то придет момент, когда ты встретишься с Кадыровым лицом к лицу – что будешь делать? Было бы искушение с ним расправиться лично?

- Я думаю, нам не о чем было бы разговаривать. Даже если бы он оказался у нас в плену, я бы не нашла, о чем с ним говорить.

Что же касается ответственности... В идеале, поскольку мы судим со стороны цивилизованного человека, всех этих преступников против человечества должен судить Гаагский трибунал, то есть высший суд по преступлениям против человечества. И я бы хотела либо присутствовать там, либо смотреть трансляцию. Это было бы не только интересно, но и полезно с точки зрения предоставления дополнительного фактажа для этого суда. Это было бы правильно.

Но если судить в целом, по законам более древним... У нас запрещено издевательство над человеком и до его смерти (если его решено казнить), и после, над трупами. Это не из нашей культуры, не из нашей религии. Так что я думаю, что Кадыров заслуживает смерти, но обычной смерти. Мучить даже его перед смертью было бы неправильно. И, опять же, исходя из нашего цивилизованного сегодняшнего представления о мире, в идеале, конечно, над всеми ними должен свершиться Гаагский трибунал.

- Если издевательства над пленными или над телами врагов противоречат исламу – почему кадыровцы именно этим и занимаются сегодня на Донбассе? Было ведь множество историй о жестокости наемников из Чечни...

- Я не знаю, зачем они это делают. По исламу прописано, что этого делать нельзя. Скорее всего, у тех людей, которые идут туда служить, предав свой народ, изначально были какие-то отклонения психического характера, может быть, садистские наклонности и так далее. Это же все идет рука об руку – издевательство над слабыми, раболепие перед сильными... Это показатель неполноценного человека. Такие люди, как правило, и бывают предателями. А они ведь – предатели! Предатели своего народа, своей религии... И я думаю, что все остальные отклонения личностные, скорее всего, тоже связаны с этим. Но, на самом деле, такого никогда не то, что у чеченцев не было – такого вообще и близко нет в исламе. Почему они так отличились? Не знаю...

- Но все это – правда, так ведь? Те ужасы, о которых говорят?

- Я затрудняюсь сказать... Знаю, были моменты, когда на Донбассе, на оккупированных территориях находили тела с вырезанными сердцами. Дело ли это рук кадыровцев? Не знаю. Но я знаю, что в Чечне среди участников сопротивления всегда считалось, что куда менее страшно попасть в плен к федералам, к россиянам, чем к своим, казалось бы, соотечественникам. Россияне никогда не издевались над пленными так жестоко, как эти перебежчики, кадыровцы, до них – ямадаевцы. Словом – национал-предатели. Вот они почему-то наиболее жестокие. Причем без разницы, по отношению к повстанцам или к их семьям. Сколько было случаев, когда хватали беззащитных женщин из семей повстанцев? Я видела пожилую женщину, у которой на внутренней части бедра реально были вырваны куски мяса. Ее забрали – и пытали, чтобы сказала, где ее зять...

Именно национал-предатели в этом отличились. Поэтому, в принципе, я не исключаю возможности, что и на Донбассе они тоже, не получая отпора от кого-то из своих сослуживцев, могли такое творить. Но это что-то личностное, я думаю. Как я уже сказала, это не имеет отношения ни к национальной, ни к религиозной особенности, просто личностное.

- Выходит, для тебя, для твоих побратимов, соотечественников, эти люди – оскорбление не только по национальному признаку? Они оскорбляют еще и ваши религиозные чувства?

- Естественно. Национал-предатели, как мне кажется, у всех народов котируются как нечто хуже прямого врага. Да, действительно, они не просто оскорбление, они – именно жестокие враги, от которых у нас много реально было потерь, потому что они изнутри намного эффективнее. Пока не начали использовать национал-предателей, у российских войск успехи были очень скромные, на самом деле. Нас разрушали именно изнутри. Зная язык, зная традиции, культуру, зная, допустим, односельчан, куда легче было получать какую-то информацию. Либо обманом, либо зная, к кому из стукачей можно обратиться.

И того, чего никак не могли добиться пришлые федеральные войска, намного легче добились национал-предатели. Я не говорю уже о том, что для того, чтобы добраться до командования сопротивления, они просто в лес, в сопротивление засылали своих шпионов, которые могли годами, месяцами ходить вместе, пить, есть, притворяясь идейными участниками сопротивления, а потом в нужный момент отраву подсыпать. У нас ведь многих предводителей именно отравили...

- Нечто подобное может и здесь происходить?

- Конечно, в этом тоже есть опасность. Никогда нельзя расслабляться и забывать о том, что неприятель может быть и в тылу.

- Давай и про хорошее поговорим. Ты – одна из инициаторов удивительного проекта "Новітні казки України", в котором реальные герои сегодняшней войны предстанут перед читателями-подростками в образах известных сказочных персонажей. Насколько я знаю, сейчас уже готова половина из запланированных фотосессий. А как со сказками? И когда мы уже, наконец, увидим эту книгу?

- Дело в том, что проект полностью завязан на нас – на мне и моей подруге, талантливом фотографе Александре Лисицкой. У нас нет наемных рабочих. Этот проект мы делаем сами, на энтузиазме. Еще несколько человек помогают нам советами. Поскольку я сейчас была погружена на месяц в учебу, у нас пока не было новых съемок. Зато мы нашли человека, который сможет литературно подать придуманные нами фабулы будущих сказок и проверить перевод. Изначально идеи сказок писались на русском языке, а сейчас мы нашли человека, который не только литературно это все обработает, но и параллельно переведет на украинский язык. Потому что мы провели опрос среди наших будущих читателей в группе проекта в Facebook – и пришли к выводу, что эта книга должна быть издана только на украинском языке.

Хотя изначально была мысль сделать 50 на 50: 50% тиража на русском, 50% - на украинском. Но, учитывая, что подавляющая часть нашей планируемой аудитории – это дети украинских патриотов, мы от этой идеи отказались. Ведь даже если родители этих детей – русскоязычные патриоты, которые в силу каких-то обстоятельств не владеют украинским языком, их дети уже в любом случае украинский язык знают.

- Сколько фотосессий вы отсняли на данный момент?

- Снято у нас шесть фотосессий. Сейчас уже начали выходить на связь некоторые издательства. Но я, честно говоря, еще не до конца поняла систему, как в Украине сегодня строятся отношения с издательствами. Поэтому пока соблюдаю осторожность и никому никаких обещаний не даю. Разбираюсь пока.

Это ведь все – дело для меня абсолютно новое. Поэтому я буду благодарна за советы – может, кто-то из читателей вашего сайта захочет их дать. Я на Facebook всегда открыта к общению и готова выслушать каждого. И с издателями мы теоретически готовы работать, но после того, как разберемся, как это все вообще происходит.

Что же касается сроков – думаю, книга увидит свет к концу лета-началу осени. Возможно, приурочим презентацию ко Дню знаний. Но это самое позднее. Может, получится раньше.

- Не появились ли внезапно люди, которых изначально вы в проект приглашать не планировали – а потом решились?

- Да, появилась сейчас у нас такая идея. Сейчас как раз собиралась предложить Борису Филатову, если он найдет время и заинтересуется нашим проектом, принять участие. Но мы пока не говорили с ним об этом, так что не знаю, согласится ли он.

- А почему именно Филатов?

- Он сам по себе человек очень интересный. И то, что он сделал и для удержания Днепра в начале войны, и для преобразования города сейчас, превращения его в современный город, переоценить сложно. Он очень старается, и, что приятно, у него действительно получается. Я думаю, этот человек – как раз из тех, кто заслуживает достойного места в нашей книге. Поэтому очень бы хотелось, чтобы он согласился. А там – посмотрим!

Лилия Рагуцкая

 


Группы в социальных сетях: Группа Донбасс информационный в ВКонтакте   Группа Донбасс информационный в Facebook   Донбасс информационный в Одноклассниках   Донбасс информационный в Твиттере   Донбасс информационный в Instagram   Донбасс информационный в Telegram
Отправить пост в социальную сеть:

Архив Новостей

2021 август
2021 июль
2021 июнь
2021 май
2021 апрель
2021 март
2021 февраль
2021 январь
2020 декабрь
2020 ноябрь
2020 октябрь
2020 сентябрь
2020 август
2020 июль
2020 июнь
2020 май
2020 апрель
2020 март
2020 февраль
2020 январь
2019 декабрь
2019 ноябрь
2019 октябрь
2019 сентябрь
2019 август
2019 июль
2019 июнь
2019 май
2019 апрель
2019 март
2019 февраль
2019 январь
2018 декабрь
2018 ноябрь
2018 октябрь
2018 сентябрь
2018 август
2018 июль
2018 июнь
2018 май
2018 апрель
2018 март
2018 февраль
2018 январь
2017 декабрь
2017 ноябрь
2017 октябрь
2017 сентябрь
2017 август
2017 июль
2017 июнь
2017 май
2017 апрель
2017 март
2017 февраль
2017 январь
2016 декабрь
2016 ноябрь
2016 октябрь
2016 сентябрь
2016 август
2016 июль
2016 июнь
2016 май
2016 апрель
2016 март
2016 февраль
2016 январь
2015 декабрь
2015 ноябрь
2015 октябрь
2015 сентябрь
2015 август
2015 июль
2015 июнь
2015 май
2015 апрель
2015 март
2015 февраль
2015 январь
2014 декабрь
2014 ноябрь
2014 октябрь
2014 сентябрь
2014 август
2014 июль
2014 июнь
2014 май
2014 апрель
2014 март
2014 февраль
2014 январь
2013 декабрь
2013 ноябрь
2013 октябрь
2013 сентябрь
2013 август
2013 июль
2013 июнь
2013 май
2013 апрель
2013 март
2013 февраль
2013 январь
2012 декабрь
2012 ноябрь
2012 октябрь
2012 сентябрь
2012 август
2012 июль
2012 июнь
2012 май
2012 апрель
2012 март
2012 февраль
2012 январь
2011 декабрь
2011 ноябрь
2011 октябрь
2011 сентябрь
2011 август
Copyright © 2011 - 2021 | donbass-info.com | При копировании информации с сайта активная ссылка обязательна!