Новости Донецкой области (Донбасса) и Украины

2 апреля 2018 года

Зачем НАБУ, ГПУ и САП уничтожают не коррупцию, а друг друга

Назар Холодницкий

Скандал вокруг главы Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП) Назара Холодницкого (“жучки” в его кабинете и то, что они успели записать за несколько недель) в очередной раз обнажил одну из главных, если не главную, проблему процесса, который называют – кто всерьез, а кто с сарказмом – реформированием Украины.

Полный хаос в отношениях может похоронить и старые правоохранительные структуры, и новые. Тогда с чистого листа создадим еще новее, отмечает ukrinform.ua.

Если наша цель – коренное изменение политической, правовой, экономической и какой угодно системы государственного управления в Украине, если мы хотим построить принципиально новую страну и отмести старую (все это, собственно, и составляет содержание понятия “системные изменения”), то нельзя создавать параллельные структуры, особенно в правоохранительной сфере. Как НАБУ и следственные органы ГПУ. Как ГПУ и САП. Как НАБУ и следственные органы СБУ.

На возражения, мол, де-юре это не параллельные структуры, и в законах четко расписано, кто и чем должен заниматься, можно ответить банальным: и что? Сработало это де-юре? Если так тщательно разграничены функции и ответственность структур, то почему идет ожесточенная война между ними? И если реально работает де-факто, то какова цена этого де-юре? А, может, несмотря на общую уверенность, на самом деле никакой четкости в де-юре и нет? (К примеру, заметим в скобках, после вероятной отставки Холодницкого возможны два варианта, кто будет исполнять его обязанности до появления нового главы САП: заместитель Холодницкого или тот, кого назначит генпрокурор. Для каждого варианта есть свои основания в действующем законодательстве).

Чтобы там ни говорил закон, а практика у всех перед глазами: сотрудники ГПУ охотятся за агентами НАБУ, а спецподразделение НАБУ “кладет на асфальт” следователей прокуратуры. Вот теперь НАБУ тайно следила за главным антикоррупционным прокурором с разрешения ГПУ. И всех периодически мирят посольства США и стран Евросоюза. Какой художественный термин тут будет уместен для образного обозначения – сюрреализм, постмодернизм или, может, дежавю?

С политическими терминами проще: это классическое двоевластие. Которое означает и частичный паралич предыдущей власти, и слабость новой, и непримиримую (ведь тому, кто проиграет - смерть) борьбу между ними. Двоевластие – объективно неизбежная ситуация при системном реформировании, но она должна быть предельно короткой, ее нельзя искусственно затягивать, потому что тогда неизбежно наступает всеобщий хаос, когда и власть, и общество теряют любой осознанный контроль над ситуацией, а потому последствия могут быть какие угодно, в том числе неприятные.

В конкретной ситуации вокруг противоборства НАБУ и ГПУ “двоевластие”, похоже, уже привело к хаосу, а именно: системной борьбы с коррупцией, такой борьбы, которую общество согласилось бы признать, нет. НАБУ уже три года, как родилось, и все три года воюет с ГПУ. Воевать на два фронта – с ГПУ и с коррупцией – не получается, как известно, война на два фронта всегда заканчивается поражением. А теперь, оказывается, еще и на третьем фронте НАБУ воюет – с САП и Холодницким, заключив ситуативное соглашение с ГПУ. Это уже “троевластие”? Ей-богу, сюрреализм (или дежавю)!

Сегодня смену стратегии реформирования, предполагающей создание параллельных структур, никто из заметных политических сил в Украине не предлагает. Даже Запад, активно участвующий во всем, что касается борьбы с нашей системной коррупцией, упорно защищает тезис о необходимости “совместной работы” параллельных структур. Поэтому хаос в правоохранительной сфере будет только усиливаться. На подходе новое Государственное бюро расследований (ГБР), деятельность которого тоже тщательно прописана де-юре, но, не сомневайтесь, де-факто ГБР тоже втянется в “междоусобицу”. И будущий Антикоррупционный суд ждет такая же судьба.

Похоже, нам все же суждено выходить на прямую дорогу правильного реформирования правоохранительных структур, а следовательно – эффективной борьбы с коррупцией, через полный хаос рассогласования, который похоронит окончательно и старые структуры, и новые. Тогда с чистого листа создадим еще более новые, одни-единственные, без всякой параллельности.